В Музее золота в Боготе (Колумбия) проходит временная выставка «Trazas sobre Piedras» (открылась еще в ноябре 2025 г.), посвященная древним наскальным рисункам на территории Амазонии, в частности, в регионе Серрания-де-ла-Линдоса. Экспозиция состоит из панорамных стендов и фотографий, на которых изображены наскальные рисунки из трех локаций – Серро-Асул, Нуэво-Толима и у порога Гуаяберо, входящих в Серранию-де-ла-Линдоса. Музей золота, как всегда, на высоте - все информативно, доступно, показательно.
Общинное коммунальное жилище екуана - атта - в плане круглое, с высокой конической крышей, имеет четыре входа, ориентированных по сторонам света. Несколько десятилетий назад в такой постройке жила вся община. Гамаки развешивали по периметру, между стеной и опорными столбами, в центре было место для проведения ритуалов. Сегодня атта выполняет роль "клуба", в котором собираются члены общины для проведения собраний, праздников или церемоний. Вокруг общинного коммунального жилища располагаются семейные хижины. Конструкция атта имеет свою символику. К примеру, коническая крыша символизирует единство екуана. Атта в общине екуана Бока-де-Ничаре на р. Каура было высотой ок. 15 метров, в диаметре ок. 20-25 метров. Информант рассказывал, что в другой деревне екуана стоит общинное коммунальное жилище больших размеров.
Атта в общине екуана Бока-де-Ничаре (Венесуэла, штат Боливар, р. Каура)
Терки, на которых женщины коренных народов Амазонии и Оринокии растирают клубни маниока, весьма востребованный товар. Их изготавливают как для собственных нужд, так и для осуществления торгово-обменных операций с другими народами. Раньше, до прихода промышленных товаров, зубьями терки служили мелкие острые камушки. Сегодня их чаще заменяют кусочками железа, но техника изготовления терки осталась прежний - острые зубчики неспешно набивают, следуя намеченному узору. У разных народов Амазонии и Оринокии терки отличаются по форме и орнаменту, получающемуся после того, как в деревянную основу будут вбиты все зубчики.
Женщина екуана изготавливает терку для маниока (Венесуэла, штат Боливар, община Бока-де-Ничаре).
Лучшими строителями каноэ (куриар), в Венесуэле считается народ екуана (макиритаре), проживающий в штатах Боливар и Амазонас. Самоназвание – екуана означает «люди куриары»: е – «дерево», ку – «вода», ана – «люди». Производство куриар имеет для екуана важное значение, поскольку их образ жизни и культурная самобытность тесно связаны с рекой и судоходством.
В бассейне реки Ориноко куриара – основное средство навигации: используется для рыбалки и охоты, для транспортировки урожая с плантации (конуко), для коротких поездок и длительных путешествий. Размер куриары варьируется в зависимости от ее назначения: от 3 до 15 м в длину, от 60 до 100 см в ширину, толщина бортов – 3–5 см. На небольшой куриаре передвигаются с помощью весла, сидя скрестив ноги на корме. Если куриара большая, дополнительный гребец находится на носу. Сегодня заднюю часть куриары часто завершают вертикальной плоской доской, на которой можно закрепить подвесной мотор.
У екуана есть миф о происхождении куриары. Глава общинного дома решил сделать свою первую куриару, но не знал, с чего начать. Тогда он сказал своей дочери: «Иди, отправь своего мужа Кадинью». Жена сказала мужу: «Отец просит тебя изготовить куриару». Кадинья с женой отправились в лес и нашли подходящее дерево, из которого можно было бы изготовить куриару. Срубив дерево, Кадинья превратился в термита и проник внутрь бревна. Так он поступал несколько дней. Свёкор решил проверить работу тестя. Прибыв на место, он был возмущен, что нашел бревно без каких-либо выбоин. Он взял топор и начал выдалбливать внутреннюю часть будущей лодки. Свёкор не знал, что зять находится внутри бревна и случайно зарубил его. Кадинья, умирая, проклял своего тестя, сказав: «Ты долго будешь мучиться, чтобы сделать куриару». Свёкор же продолжил изготовление лодки. Первая и вторая попытки были неудачными, лодки получились плохими. Только с третьей попытки он сделал хорошую куриару, а также определил виды деревьев, из которых можно изготавливать подобные средства передвижения.
Изготовлением куриары занимаются мужчины. В определенное время года и суток (на закате; считается, что в безлунную ночь древесина будет без личинок и червей) в лесу подыскивается подходящее дерево [сейба (Ceiba), лавр (Laurus) и др.], ствол которого оценивается, не является ли он пустотелым или гнилым. Сначала срубленному дереву с помощью топора, мачете и тесла придают внешние формы будущей куриары. Затем выдалбливается внутренний объем. На завершающем этапе куриару кладут на жерди и разводят под ней костер, обжигая внутренние и внешние поверхности на медленном огне; смолению она не подвергается. Борта куриары постепенно расширяют, используя для этого деревянные распорки и огонь. В готовую лодку устанавливают сиденья (поперечные жерди или доски), внешнюю поверхность тщательно шлифуют. Из леса готовую куриару волоком доставляют к реке.
У куриары нет киля, поэтому она неустойчива, требуется навык для управления ею. Перевозя грузы или большое количество людей, куриару часто перегружают; уровень воды не доходит до края бортов несколько сантиметров. В процессе эксплуатации борта часто наращивают досками, увеличивая грузоподъемность. Воду, заполнившую куриару, выплескивают, раскачивая лодку резкими продольными толчками вперед-назад; также воду вычерпывают какой-либо емкостью. Если куриара долго не эксплуатируется, ее вытаскивают на берег и переворачивают вверх дном. Срок службы куриары составляет 3–5 лет, после чего ее используют для стирки одежды, вымачивания клубней горького маниока, хранения сырой тертой маниоковой массы или ферментированных напитков, в качестве огорода (засыпают землей, выращивают репчатый лук); части старой куриары используются при строительстве или ремонте других лодок.
Куриара присутствует на всех этапах жизни коренных жителей Венесуэлы и Колумбии (в Оринокии). С ней часто играют дети (учатся грести, ныряют с нее в реку). Традиция изготовления куриары существовала не у всех коренных народов бассейна Ориноко (хоти, яномама). Это ценный предмет в торгово-обменных отношениях как между коренными народами, так и в их сделках с креольским населением Венесуэлы и Колумбии. Популярность куриары объясняется простотой ее изготовления, зарекомендовавшими себя навигационными качествами, а также дороговизной алюминиевых лодок, которые не может купить коренное и сельское креольское население Венесуэлы и Колумбии.
Пару дней назад завершилась экспедиция в венесуэльскую Оринокию. Бывают полевые выезды, насыщенные событиями, когда посчастливилось видеть и участвовать в ритуалах и церемониях, видеть праздники, сразу дающие массу впечатлений. Эта экспедиция была не такой, она была "скучной", перед глазами проходила тихая размеренная жизнь народов екуана и санема, живущих по берегам Кауры и ее левых притоков. Именно такой должна быть этнографическая экспедиция, когда медленно заполняется полевой блокнот, а за чередой ответов информантов ты начинаешь постепенно угадывать скрытые смыслы. Собран материал, требующий спокойного кабинетного осмысления и анализа, но как здорово, что мы все видели своими глазами в венесуэльской Оринокии. Привезен фото- и видеоматериал, также состоялось небольшое пополнение этнографической коллекции.
Значительная часть моих экспедиций проходила в венесуэльской Оринокии и Амазонии, в штатах Амазонас и Боливар. В этих краях я впервые познакомился с миром коренных народов Оринокии и Амазонии. Здесь жили и продолжают жить народы, которые меня интересовали - хоти, пиароа, яномамо, мако, баре, банива и другие. Потом был ряд экспедиций в перуанскую, эквадорскую, колумбийскую и бразильскую Амазонию, но я всегда вспоминал Ориноко и ее многочисленные притоки, которые я посетил, наверное, потому, что венесуэльская Оринокия и Амазония - моя первая антропологическая любовь.
Я возвращаюсь в венесуэльскую Оринокию и очень надеюсь, что мой путь в этнографическое поле будет не столь долгим, как и возвращение обратно. Слишком много возникло преград. Прямой рейс в Каракас уже отменили, лечу в Боготу, далее местными линиями. Не хочу говорить, куда именно, на территорию каких коренных народов в этот раз - для меня это новое место, новые люди. Будет достигнута цель и собран материал - тогда расскажу. Впереди вновь Ориноко и один из ее притоков. Ну а, если все-таки не удастся добраться до Каракаса, останусь в Колумбии, здесь также много планов. Я уехал в Оринокию, увидимся!
Нашел в своих архивах файл моего доклада, сделанного в 2023 г. Видео потерялось, а аудио файл остался. Подкаст: Матусовский А.А. Корпус текстов Матео Санчеса – взгляд изнутри на культуру кабияри (Колумбия, Ваупес).
Из экспедиции в колумбийскую Амазонию (Ваупес, река Кананари, январь-февраль 2023 г.) я привез несколько текстов по мифологии и фольклору кабияри, записанных представителем этого народа Матео Санчесом Ортисом в двух блокнотах. Матео задался целью – зафиксировать в письменном виде устную традицию кабияри, чтобы сохранить и передать ее будущим поколениям. Он хорошо рисует, поэтому его тексты – истории, как говорят кабияри, мужчина сопровождает иллюстрациями мифологических событий, сакральных мест, животных и птиц. Для антрополога работа с тетрадями Матео представляет большой интерес, поскольку их создавал носитель аборигенного знания, которому он целенаправленно придавал материальные формы. Это обстоятельство позволяет исследователю смотреть на мифологию и фольклор кабияри глазами коренного населения колумбийской Амазонии. После моего отъезда Матео продолжил свою работу, в его блокнотах должны появиться еще записи и рисунки, и мы договорились сотрудничать. Свой вклад в работу с корпусом текстов Матео я вижу в структурировании и типологизации материала по мифологии и фольклору кабияри.
Мой доклад: Матусовский А.А. Этнография Амазонии и теоретическая антропология: как бинарные оппозиции могут помочь разобраться в истории одной горы, 11.10.2025 г.
В Колумбийской Амазонии, в регионе Ваупес, практикуется наиболее сложный технологичный и, как результат, наиболее эффективный способ обработки клубней горького маниока. Для чего нужны такие сложности? Дело в том, что в клубнях горького маниока содержаться опасные для здоровья человека токсины, которые необходимо удалить, чтобы сделать корнеплод съедобным. Зачем так мучаться, чтобы приготовить для пищи клубни горького маниока? Казалось бы, можно съесть что-то другое. Но не все так просто. Маниок - одно из самых неприхотливых растений, прикопал черенок - вырос куст - собрал урожай корнеплодов. Причем урожай можно собирать несколько раз в течение года. Как я образно говорю, маниок - это "хлеб" коренных народов Амазонии и Оринокии. С ним едят рыбный суп, мясо, из него делают лепешки и крупу, которую также добавляют в пищи. Таким образом, продукты, получаемые из клубней горького маниока во многих районах Амазонии и Оринокии является основой питания, а отнюдь не мясо или рыба. Из леса охотники приносят мясо не каждый день, рыбалка также может быть неудачной, а вот маниок есть всегда. С ним будешь сыт, да и просто не умрешь от голода. Токсины, опасные для здоровья человека, удаляются из клубней горького маниока в результате многоступенчатой обработки: при размельчении клубней, промывки их водой и термической обработки. За тысячелетия адаптации коренные народы Амазонии и Оринокии придумали различные приспособления, с помощью которых они это делают.
В этом видео показано как обрабатывают горький маниок в Колумбийской Амазонии, в регионе Ваупес. Клубни горького маниока очищают от кожуры, в идеале далее их вымачивают в воде еще несколько часов (оставляют на ночь). Затем клубни растирают на терке, превращая их в рыхлую массу. Маниоковой массой заполняют сплетенный из растительных волокон характерный пресс, по форме напоминающий продолговатый цилиндр, называемый на языке лингва жерал типити, или себукан, который подвешивают в вертикальном положении на специальное приспособление. К нижней части типити прикрепляют груз. Через типити сверху несколько раз проливают большое количество воды. Посредством усилий, прикладываемых ногами или руками в нижней части пресса, отжимают маниоковую массу, из которой вместе с водой выходят токсины. Данную операцию проделывают несколько раз и, дав воде окончательно стечь, извлекают затем маниоковую массу из пресса. В Колумбийской Амазонии коренное население региона из очищенной от токсинов маниоковой массы готовят два основных продукта питания: крупу – фаринью и лепешки - касабе. Фаринью приготавливают из сырой маниоковой массы, которую разрыхляют и высушивают. Для этого над очагом устанавливают большой плоский глиняный
или металлический противень. На него выкладывают разрыхленную маниоковую массу и тщательно ее перемешивают деревянными лопатками до тех пор, пока вода не испарится полностью. Конечный готовый продукт – сухая крупа крупного помола. Фаринья может долго храниться, что очень важно в условиях влажного тропического климата. Коренные народы Амазонии и Оринокии добавляют фаринью в суп или едят ее, просто разведя водой. Касабе готовят из сырой маниоковой массы, которую равномерным тонким слоем распределяют на раскаленном противне, установленном над очагом. Под воздействием жара подсыхающие клейкие крупицы массы скрепляются между собой, что позволяет переворачивать лепешку на другую сторону специальными маленькими лопатками.
Для удаления токсинов из клубней горького маниока коренные группы Колумбийской Амазонии используют иногда вместо типити треножник. Конструкция треножника состоит из трех жердей длиной около двух метров, соединенных между собой в виде пирамиды. На уровне пояса человека треножник скреплен дополнительными жердями, на которые устанавливают большое плетеное сито. После того, как очищенные от кожуры клубни горького маниока растерли на терке, маниоковую массу выкладывают на сито и обильно поливают водой, энергично перемешивая и отжимая ее руками. Эта процедура повторяется несколько раз. Под сито в центр треножника устанавливают большую емкость, в которую стекает вода, использовавшаяся для промывки. Удивительно, но если этот слив томить несколько часов на медленном огне, он загустевает и превращается в соус, который также можно есть.
Слив, стекающий из типити, в котором находится маниоковая масса. Фото А.А. Матусовского
Подсушивание маниоковой массы на глиняном противне. Община Пуэрто-Морроко. Фото А.А. Матусовского
Приготовление касабе. Община Пуэрто-Морроко. Фото А.А. Матусовского
Несколько лет назад в Венесуэле, в Каракасе, в Музее современного искусства (Contemporary Art Museum), я застал ряд картин, на которых была изображена сельва так, как ее видел художник. Например, как вам вот эта картина Хуаниты де Альварес, которая называется "Красная сельва".
Juanita de Álvarez, Selva roja, 1990.
Я не художник, но, кажется, в моем видении сельва может быть голубой или темно-синей:)
Ночной привал в джунглях. Колумбия, Ваупес. Фото Матусовского А.А.
Вот еще картина из Музея современного искусства в Каракасе. Ее создал Сантос Мария Перес, она называется "Сельва и человек". Хотя по-моему это белая сельва.
Santos Matías Pérez. La selva y el hombre, 1990.
Выходит, все смотрят на сельву по-своему. Для кого-то она и вовсе "зеленый ад".
Я писал ранее, что в МАЭ им. Петра Великого (Кунсткамера) в Санкт-Петербурге, на экспозиции, посвященной культуре народов Латинской Америки, в тематической витрине "Амазония. Война и охота (конец XIX - начало XX вв.", представлен один предмет, который неправильно атрибутируется. Если кратко, может быть, кому-то лень переходить по ссылке, поясню - там каучуковая колотушка из Северо-Западной Амазонии от ритуального щелевого барабана, который в колумбийской и перуанской Амазонии называют мангуаре (или магуаре), представлена как палица, оружие. Посетители смотрят на нее и комментируют: "о-о, гляди, такой по голове били".Таким образом, полностью искажается предназначение предмета, изъятого из традиционной культуры; уходит в тень целый ее пласт. Люди, которых, к слову, всегда много около южноамериканских витрин, видят лишь экзотическую форму этой "штуковины", однотипно воспринимают ее обладателей - ну, что тут скажешь, настоящая кунсткамера:((
Не так давно я читал научную статью, как в Музее пяти континентов в Мюнхене (местном музее этнологии) проводят скрупулезную работу по атрибутированию предметов, хранящихся у них, чье предназначение не совсем понятно, специально приглашая представителей коренных народов (как раз из Северо-Западной Амазонии), чтобы они подробно рассказали о том или ином предмете из их традиционной культуры. Для немецких музейщиков - это часть работы по деколонизации антропологического знания, восприятия предметов, находящихся в их фондах.
На ошибку в атрибутирование в Кунсткамере я обращал внимание коллег из Отдела этнографии Америки, спрашивал их разрешения написать об этом, понимая, что всякое может произойти и не все знают обо всем. Их разъяснения понятны - деньги на экспозицию выделены, новых на ее реконструкцию никто не даст. Но можно же просто изъять хотя бы эту колотушку из витрины, кисточкой замазать информацию о ней - это чепуха, минутное дело. Печально, но этого не делают.
В витрине "Амазония. Война и охота (конец XIX - начало XX вв." колотушка значится под № 4 - корегуахе. Корегуахе - коренной народ в Колумбийской Амазонии, проживающий в департаменте Какета.
Витрина "Амазония. Война и охота (конец XIX - начало XX вв." в МАЭ им. Петра Великого
Если кого-то заинтересовал, что из себя представляет щелевой барабан мангуаре и колотушки, с помощью которых играют на нем, - посмотрите, я писал об этом для Большой Российской энциклопедии - мангуаре.
Музыкальный инструмент, который в западной традиции называют "флейтой Пана", священный музыкальный инструмент у коренных народов Колумбийской Амазонии. Чтобы играть на нем нужно знать определенные правила. Первая, самая крупная трубка, считается капитаном оркестра других трубок, входящих в связку. Флейту держат в правой руке, ладонью прижимая самую толстую трубку. Убывание трубок по длине и диаметру идет в сторону левой руки.
"В пригороде Пуэрто-Аякучо случайно знакомлюсь с французом, в одиночку путешествующим по Венесуэле. Он тут же предлагает мне: "Давай пойдем в Колумбию".
- Так опасно же туда идти, - отвечаю.
- Почему?
- Как почему? Это же мировой центр производства кокаина, люди пропадают каждый день. Да и вообще, Колумбия - это южноамериканский вариант нашей Чечни!
- Да брось, - говорит, - все нормально, идем.
Ну, идем так идем.
Граница - условна - река Ориноко. Сначала идем около часа на моторке вверх по Ориноко, потом входим в ее приток - реку Томо - уже на колумбийской стороне. С двух сторон границы сельва вплотную подступает к воде.
Мы причаливаем лодку к берегу и выходим на сушу. Никто не спрашивает никаких документов, не ставит штампа в паспорт. Немного поодаль стоят несколько домиков - это административные здания дирекции национального парка Тупарро. Вся администрация - это один человек. Колумбиец совершенно спокойно реагирует на то, что мы вот так запросто приплыли к нему из Венесуэлы.
Мы просим его пойти с нами в горы, показать дорогу. Он охотно соглашается, и мы отправляемся в путь. Прибрежный лес быстро сменяется льяносами. Путь оказывается неблизким, а солнце нещадно палит, поэтому колумбиец бежит назад к домикам, садится на мопед, и пока мы идем по равнине, по очереди, сажая себе за спину на дополнительное сидение, перебрасывает нас к возвышающейся вдали горе, на которую мы вздумали взобраться, чтобы обозреть окрестности.
Гора покоряется нам с большим трудом - сердце работает на пределе, приходится постоянно останавливаться, делая передышки. Но наверху нас ждет награда - с вершины горы открывается фантастический вид: на венесуэльской стороне видна величественная Ориноко, окаймленная бескрайним морем сельвы, на колумбийской - изумрудно-зеленые льяносы, также уходящие за горизонт, местами разряженные островками леса. В базальт вмонтирован маленький круглый металлический знак, обозначающий, что это территория республики Колумбии, высота горы - двести метров, дата установки знака - 1966 год."
Это отрывок из моей книги "Среди индейцев Центральной Венесуэлы". Если захотите ее прочитать, книгу легко найти в Интернете или заказать у меня на сайте.
Вид на Ориноко с вершины, расположенной на колумбийской стороне. Фото А.А. Матусовского.
Персиковая пальма (Bactris gasipaes) - важный продукт в системе питания коренных народов Амазонии и Оринокии. Кто ничего не знает о ней - посмотрите этот короткий сюжет. Эту пальму в колумбийской Амазонии называют пупунья или чонта (чонтадуро). Ее съедобные плоды внешне напоминают персик, поэтому пальму часто называют персиковой. Это одно из главных и любимых лакомств коренных народов Амазонии и Оринокии. Спелые плоды красные. Сорвать их с верхушки пальмы совсем непросто. Перед тем как есть плоды, сначала их нужно приготовить, так как их не едят сырыми. Сначала плоды варят в течение нескольких часов, разваривая толстую жесткую внешнюю оболочку. Размягченную кожуру женщины очищают ножом. Оранжевую мякоть пупуньи едят, посыпав солью. По вкусу плоды персиковой пальмы напоминают вареный картофель или жареные каштаны. Это очень питательный и сытный продукт. Чичу также готовят из вареных плодов персиковой пальмы.
